Вчера долго по телефону разговаривал с тем прапорщиком, о котором я упоминал выше. Да, мы поддерживаем связь и иногда перезваниваемся. «Ты — мой лучший экипаж!» сказал он вчера. Прочитав мои воспоминания, он решил поправить неточности. Сказал, что спирт наш он не пил! Ага… Я тоже не разбавленный не могу, горло сушит! О! Как раз к месту. Помните в фильме «9 рота»: «Надо бы ребят угостить.» И наливают брагу. Абсолютная правда. Брагу ставили в бензобаках БМП. Это задние двери боевой машины пехоты. Ёмкость литров по 50, площадь огромная, температура окружающий среды выше 30 градусов… Всего неделя и будет… «Массандра»!
Наш водила, Колька — ещё тот ”алкач” — по тихому, согласно своей фамилии, в кабине поставил 10-литровую канистру браги. Сука! Решил в одну харю, глядя на звёзды по вечерам свою грусть заливать… Ага, щас!!! Прошло три дня с момента смешивания ингредиентов браги и злодейские замыслы вскрылись, точнее — взорвались, прямо в кабине. Канистра была алюминиевая, её сначала раздуло, а потом она лопнула по шву. Случилось среди ночи. Сплю, никого не трогаю… крик среди ночи, где-то рядом, ну прямо совсем рядом!.. И — Коля, получив Бахчисарайским фонтаном в область всего тела, «упоминая, что он вступил в интимную связь с чей-то матерью», мокрый и потерявший надежду на предстоящий банкет, покидающий место своего злодейского плана. Мы хотели было его облизать, что добру-то пропадать! Но уж как-то это по-вурдалачному. Так, поржали, и проводили на речку, смывать следы преступления. Запах «Шанели» в кабине радовал бы гаишников долгие месяцы.
По прошествии стольких лет хочу упомянуть, уж как бы заодно: 60 процентов ВВП Афганистана составляет экспорт наркотических веществ. Ну мы-то об этом не знали….поначалу. Стоим, как-то, курим с парнем с разветроты, а он вдруг : «Пыхнуть не желаете?»- «А что, есть?» — «Да ты чё!» Этого добра, как оказалось, здесь полно. Но скажу откровенно, как-то не очень это приветствовалось среди солдат. Сами декхане (крестьяне местные) курили просто перед едой, для поднятия аппетита.
Чуть позже я столкнулся с опиумом. Это было значительно интересней. Помните, я упомянул электроплитку, ну вот это была незаменимая вещь в опиумокурильне, организованной в моей станции. Я не знаю сколько опиум стоил здесь тогда и сейчас, но там мы меняли кусок мыла, на равнозначный кусок плана, или опиума, величиной с теннисный шарик. Процесс употребления занятный и простой. Этот шарик накалывается на палочку, делается воронка из листа бумаги и шарик опиума прислоняется к раскаленному тэну электроплитки. Шарик вспыхивает белым дымом, который ты вдыхаешь через бумажную воронку… и отправляешься в полёт: «Где пышногрудые девы (гури) и плоды садов давно ждали тебя.»
Одним таким шариком можно уложить роту солдат. Поначалу обостряются все мироощущения, радость, счастье, острота ума. Ты готов быть актером, поэтом, философом, даже математиком. На крайний случай — танцором и певцом. Но состояние эйфории скоро проходит и наступают серые будни. Хочется есть и спать. Я закончил месяца через два. Просто сказал: хватит! Почувствовал необратимость процесса. Кто не смог остановиться — плохо заканчивали.
Но ещё хуже было с теми, кто подсаживался на промидол. Это сильное обезболивающее, а оно было в индивидуальных аптечках у каждого солдата на случай ранения.
Просто сказал: хватит! Почувствовал необратимость процесса.